Смысл сбора за «лишний вес», в принципе, понятен. Автопоезда, способные принять на борт десятки тонн груза, наносят дорожному покрытию ощутимый ущерб, что сказывается и на безопасности движения на дорогах, и на затратах по их ремонту. В российском законодательстве закреплено право собственника дороги (федерации, субъектов РФ, муниципалитетов и частников) на компенсацию этого вреда – такая практика применяется, кстати, не только в нашей стране.


В теории все достаточно просто и понятно. Нормативы веса для большегрузных автомобилей заранее известны, ущерб от превышения нагрузок рассчитывается по строгой формуле с учетом пройденного расстояния и по закону должен возмещаться собственником транспортного средства заблаговременно. При проезде через территорию Удмуртской Республики грузоперевозчик может либо строго соблюдать нормативы (что в действительности не всегда возможно), либо обратиться в Министерство транспорта и дорожного хозяйства УР за специальным разрешением – оно может обойтись в несколько тысяч рублей (в период снеготаяния – в десятки тысяч), включая 1000 рублей госпошлины. Если разрешения нет, а на посту весового контроля будет выявлено превышение допустимой массы и нагрузок по осям, то причиненный ущерб все равно придется возмещать, а водителю в таком случае грозит еще и административный штраф. Проблема в том, что на пункте весового контроля (ПВК) водитель сталкивается не с законами и постановлениями правительства, а с сотрудниками ГИБДД и прочим обслуживающим персоналом.


Андрей Михайлович – руководитель небольшого транспортного предприятия, перевозящего грузы по коротким маршрутам в Удмуртии и в Пермском крае. По его словам, в последнее время пункт весового контроля, расположенный на 43 километре трассы Ижевск-Воткинск, стал постоянным источником лишних хлопот и непредвиденных издержек. «На ПВК постоянно дежурят двое специалистов, обслуживающих весы, и сотрудник ГИБДД, - рассказывает он. – Работники вычисляют размер ущерба, предлагают возмещать тут же наличкой. Если водитель с показаниями весов или с расчетами не согласен, то инспектор угрожает штрафстоянкой. Это железный аргумент, хочешь не хочешь, а платить придется». Суть претензий транспортников в том, что весовой контроль под Воткинском, по их словам, организован с многочисленными нарушениями – отсутствует освещение, не благоустроена площадка, весы установлены «под горку», хотя должны стоять строго горизонтально. «У меня водители загружаются гравием в карьере - своих весов там, конечно, нет, экскаваторщик считает ковшами, - говорит Андрей Михайлович. – Что там показывают весы на ППВК, проверить нет возможности». За одну смену каждый из его водителей делает по два рейса, за которые заказчик платит 7200 рублей. «Возмещение вреда», которого требуют на посту весового контроля, обходится в 5-5,5 тыс. рублей за один раз.


Только за сентябрь, по оценкам Андрея Михайловича, он выплатил на этом посту не менее 20 тысяч рублей. Если учесть плотность транспортного потока между Ижевском и Воткинском, набегают очень серьезные суммы, которые аккумулируются на счетах ГУ УР «Безопасность дорожного движения» - это учреждение, помимо прочего, занимается установкой дорожных знаков и обслуживанием светофоров.


Начальник ГУ УР «БДД» Сергей Климов в правоте своих сотрудников не сомневается. «Транспортников я прекрасно понимаю – себестоимость перевозок из-за этих сборов увеличивается очень значительно, - заявил он корреспонденту «Д». – Но дорога разбивается моментально, так что за перегруз нужно платить… мы работаем в строгом соответствии с законодательством». Сергей Климов не согласен ни с нареканиями по поводу организации ППВК, ни с претензиями к качеству весовых замеров. «Если владелец транспортного средства хочет оспорить то, что написано в акте, в протоколе - пусть обращается в суд», - предлагает он. Совершенно резонное замечание звучит, однако, несколько издевательски: понятно, что основной массе грузоперевозчиков будет проще подстроиться под сложившийся механизм, чем устраивать разборки с целым ГУ УР, находящимся в зоне ответственности главы Миндортранса Дениса Агашина.


Это вообще характерная деталь: в столь конфликтной и чреватой злоупотреблениями сфере раз за разом отмечается появление неких скользких обстоятельств. Очевидцы свидетельствовали на страницах печатных СМИ: в Набережных Челнах подполковник ГИБДД, курирующий пост весового контроля, напирал на то, что его непосредственный начальник – родной брат нового президента Татарстана. В нашем же случае Сергей Климов, руководящий ГУ УР «БДД», до недавнего времени возглавлял ООО «ТД «Удмуртская хлебная компания», входящее в группу предприятий, созданную нынешним министром транспорта и дорожного хозяйства Агашиным. Формально к делу это, конечно, не относится. Но слишком уж часто стали попадаться на глаза такие совпадения.


Что касается законности существования самого поста весового контроля под Воткинском, то здесь тоже не все гладко. С 1999 года существует постановление Правительства РФ «О мерах по упорядочению деятельности, связанной с осуществлением контроля транспортных средств на автомобильных дорогах», которое гласит: «На федеральных и других автомобильных дорогах создаются только стационарные посты органов внутренних дел… и стационарные пункты, на которых производится весовой контроль транспортных средств, осуществляющих грузовые перевозки… Осуществление контроля транспортных средств на автомобильных дорогах, не предусмотренного федеральными законами и принятыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами… не допускается». В законах и подзаконных актах, на которые ссылается Миндортранс Удмуртии в своей деятельности по организации пунктов весового контроля, норм, отменяющих это положение, обнаружить не удалось. Таким образом, не исключено, что ПВК под Воткинском, являющийся передвижным, а не стационарным, вообще не имеет права что-то требовать от водителей, проезжающих мимо.


Так это или нет, владельцы транспортных предприятий со всей достоверностью могут выяснить, обратившись в суд. В Набережных Челнах тоже все начиналось с того, что два дальнобойщика отказались платить и «уперлись рогом». Впрочем, не исключено, что свое слово в этом конфликте должна сказать и Федеральная антимонопольная служба.