фотоЭто трубы, через которые днем и ночью завод сливает воду, которую он забрал из пруда, пропустил через свои цеха и печи, омыл ею прокатные станы и чугунные «чушки» - и вылил обратно в реку. Тут же, кстати, не обращая внимания на сбросы, плавают дикие утки, живущие здесь, по словам прикармливающих их работников завода, круглый год. Специалисты Росприроднадзора странным образом не увидели сливных труб, почему-то уверяя нас, что «выпуски» скрыты урезом воды. Возможно, часть «выпусков» и в самом деле «сифонит» под водой, но есть и те, что льют не стесняясь. Главная суть разгорающегося вокруг сливов «Ижстали» скандала, на мой взгляд, состоит в том, что ничего нового на самом деле в ситуации нет! Завод, от которого «есть пошел» нынешний Ижевск, никогда не чистил своих стоков. Просто в советские времена и слова такого не знали – экология. А когда появились и начали работать природоохранные службы, упали объемы. И вроде все само собой «устаканилось». После того как правительство УР продало контрольный пакет акций ОАО «Ижсталь» Стальной группе Мечел и вновь начался рост выпуска продукции, проблема снова актуализировалась. Что сбрасывают металлурги в Иж? Да практически добрую половину «таблицы Менделеева»: медь, железо, сульфаты, хлориды, марганец, никель, плюс нефтепродукты. По условиям лицензии на водопользование, выданной ОАО «Ижсталь» лицензирующим органом – территориальным отделом Камского бассейнового управления (подразделение Росприроднадзора), предусмотрено, что в воде, которую завод возвращает в природную среду, содержание вредных веществ должно быть не выше предельно-допустимых концентраций (ПДК). Ну, добро бы еще на 20-30 процентов, ну, пусть даже в 2-3 раза превышались бы эти самые «концентрации». Но в том и «фишка», что превышение составляет даже не разы, а порядки: нефтепродуктов больше допустимого в 74,35 раза, меди в 35,63 раза, железа в 24,46 раза, марганца в 17,05 раза, никеля в 7,86 раза. «Кроме того, - как написано в акте, - наблюдается содержание в сточных водах веществ, нормативы ПДК которых должны быть равны нулю (то есть их просто не должно там быть вовсе! – Н.Г.), а именно: никеля, меди, фосфат-иона, цинка, свинца…» Как нам сообщили в удмуртском Росприроднадзоре, нынешняя проверка «Ижстали», инициированная Камским БВУ, была внеплановой, но ведь и все предыдущие плановые проверки (их полагается проводить примерно раз в два года) фиксировали все то же – Восточный коллектор, построенный в конце 70-х годов, тихо разваливается вместо того, чтобы аккумулировать все фекальные стоки с огромного предприятия. «Ижсталь» не может разобраться с Ижводоканалом, кому теперь восстанавливать это гидросооружение (предполагалось, что отведенные сюда с предприятия хозяйственно-бытовые стоки пойдут на очистные сооружения Водоканала). Но чтобы отвести, их надо сначала собрать. А нефтепродукты, которыми «Ижсталь» кормит рыбу в Иже, видны невооруженным глазом – вода, вытекающая из труб, подернута тонкой радужной пленкой. Как говорят в Росприроднадзоре, технологии на «Ижстали» устарели, и вода, проходя через оборудование, смазанное нефтепродуктами, уносит их с собой. Что делать-то? Мы попытались узнать об этом, обратившись в пресс-службы ОАО “Ижсталь” и Стальной группы Мечел. Вопрос был задан максимально корректно – в свете выявленных нарушений, что планируется сделать на предприятии? Специалист по связям с общественностью акционерного общества “Ижсталь” Андрей Дюгуров был краток. “Документы находятся в стадии рассмотрения”, - ответил он мне по электронной почте. Я решила уточнить: какие документы, кто их рассматривает, и кто мне отвечает – официальный представитель «Ижстали» или просто Андрей Дюгуров? Ответ оказался не намного длиннее: «Окончательный вариант – документы Росприроднадзора находятся в стадии рассмотрения. Это – ответ пресс-службы предприятия». Попытка найти более компетентного представителя предприятия в головном офисе Стальной группы Мечел имела тот же результат, на мой электронный запрос оперативно и вежливо ответил мечеловский руководитель управления по связям с общественностью Алексей Сотсков: «1. Прошу уточнить вопрос. 2. Взаимоотношения «Мечела» с «Ижсталью» строго регламентированы действующим российским законодательством». И еще через четыре часа: «Мы получили материалы Росприроднадзора и внимательно изучаем их». Здесь надо сказать, что документ, ставший предметом столь пристального «изучения», представляет из себя семь набранных на компьютере страниц на русском языке с двумя таблицами и изучать его целый месяц (столько времени прошло со дня окончания проверки) не просто. Но пока, видимо, удается.
Перспективы разрешения ситуации, созданной проверкой и заявлением Росприроднадзора в Прокуратуру УР на возбуждение уголовных дел в связи с нарушением природоохранного законодательства, прокомментировал «Д» руководитель удмуртского Росприроднадзора Владимир Григорьев.
- Владимир Михаилович, как «Ижсталь» сможет привести сбросы в соответствие с нормами, если у нее вообще нет очистки?

- Мы не ставим предприятие в безвыходное положение. Мы говорим, давайте поэтапно решать ваши проблемы. Для того чтобы технологические сбросы привести в соответствие с нормативами, надо радикально менять технологию производства. Мы так вопрос не ставим. Начните со сдачи фекальных стоков через Восточный коллектор для очистки их в системе Водоканала. И этого не делают! Проблема не решается более 20 лет. Поэтому сейчас мы ставим вопрос об отзыве лицензии на водопользование. Лицензирующим органом является Камское БВУ. Мы встречались с его руководителем, нашли понимание. Даже если лицензия будет отозвана не в полном объеме, но на три-четыре «выпуска» из одиннадцати они права не получат при получении следующей лицензии. В этом случае возникнет новая ситуация – мы получим право обратиться в суд с требованием о запрете в судебном порядке. А появится судебное решение, его надо исполнять. Если оно не исполняется, это влечет уголовную ответственность.
- Какие могут быть основания для возбуждения уголовного дела?
- Они, я полагаю, появятся тогда, когда будет определен ущерб как один из квалифицирующих признаков состава соответствующего преступления. Но это уже за пределами наших полномочий. Ущерб от техногенного воздействия на водный объект определяет Ростехнадзор. Методику его расчета дает постановление правительства № 632 от 1992 года, которым определен порядок платы за вредное воздействие на окружающую среду. А при неисполнении судебных решений никаких иных оснований для возбуждения уголовного дела не требуется. Достаточно самого факта неисполнения судебного решения.
- А сейчас «Ижсталь» платит штрафы?
- Они текущие платежи платят, но это, может быть, многократно ниже. Если полностью посчитать, это, надо полагать, будет в разы больше. Расчеты по ПДК они делают сами, как правило, при этом показатели занижают в разы.
- Администрация «Ижстали» не оспаривает итогов проверки?
- Акт подписан представителями предприятия. Мы привлекли завод к административной ответственности. Составлен протокол, вынесено постановление, наложен штраф. Но это номинальная мера. Это делалось каждый раз после очередной проверки примерно через год. Ну что такое для «Ижстали» 10-20 тысяч рублей штрафа? Они и в этот раз, видимо, надеялись, что обойдется. Не получится! Не допустим. Мы переслали материалы проверки электронной почтой в адрес руководства СГМ. Нам их реакция известна. Она, на удивление, оказалась молниеносной. (Узнать, в чем именно заключалась эта «молниеносность», нам не удалось – Н.Г.) СГМ как собственник предприятия, нарушающего природоохранное законодательство, может воздействовать на эту ситуацию единственным способом - увеличив смету дочернего предприятия на проведение природоохранных мероприятий. Отечественная металлургическая промышленность в большей степени работает на мировой рынок. Игнорирование природоохранного законодательства чревато тяжелыми последствиями для экспортеров. Они могут потерять экспортные контракты. Мировой рынок на эти вещи реагирует очень четко.