фотоВода нагревается медленно, холодный кран перекрыт, посуда уже почти вымыта, и тут, наконец, хлынул кипяток! Отдергиваешь руки, открываешь холодную воду и опять ждешь, пока удастся получить подходящую температуру, и уже холодной воды не хватает, чтобы охладить 'раскочегарившуюся' горячую. Коммунальные проблемы, если не быть пессимистом, подобны песне, но речь сейчас пойдет не о ЖКХ, хотя его в силу многоплановости уместно упомянуть в качестве иллюстрации при любом разговоре. Вода, разогревающаяся до нужной температуры к тому моменту, когда она уже не нужна, - это наша ситуация. Наверное, из-за огромности территории процесс внедрения чего-то нового в России похож на приведение в действие тяжелого маховика, который медленно раскручивается, но, если разойдется, не остановишь.
Миру по нитке... Когда в период перестройки в России встал вопрос о неэффективности государственного управления собственностью, рыночная идея приоритета приватных, частных интересов выразилась в глобальной приватизации. Причем, поскольку основное государственное достояние было создано после 1917 года, в Российском законе 'О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР' 'восстановление имущественных прав собственников, их наследников и правопреемников на предприятия, которые были национализированы, конфискованы или другим способом изъяты против их воли в собственность государства', не регламентируется. То есть начали с чистого листа. Как все мы помним, был использован простой до гениальности механизм - пересчитать все общественное достояние, разделить на число россиян и выдать каждому равную часть советского пирога в виде так называемого ваучера. Согласно статье 7 Конституции РФ, принятой в 1993 году, Россия - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. Ваучерная идея теоретически вполне вписывалась в это определение: каждый получал часть общенародной собственности и возможность свободно ею распоряжаться. Однако приватизационный маховик неожиданно раскрутился таким образом, что основная часть российских ресурсов и экспортно-ориентированных предприятий промышленности оказалась в руках как с неба свалившихся российских миллиардеров. Получился не класс собственников, а кучка крупнейших собственников, которые легко могли бы разместиться в одном школьном классе. Мы проскочили точку равновесия и в одно мгновение попали 'из огня да в полымя' - в дикий олигархический капитализм. И тогда (как в истории с горячей водой), когда игра уже сделана, была разработана концепция управления оставшейся государственной собственностью. Писать официальные документы витиевато и уклончиво - в российской традиции, а тут, напротив - в 'Концепции управления государственным имуществом и приватизации в Российской Федерации', принятой в 1999 году, прямо написано, что 'несмотря на то, что в результате массовой приватизации 58,9 процента предприятий стали частными, ряд поставленных целей не был достигнут: не сформирован широкий слой эффективных частных собственников и структурная перестройка экономики не привела к желаемому повышению эффективной деятельности предприятий'. Документом определялись механизмы управления собственностью, как госпакетами акций приватизированных предприятий, так и унитарными предприятиями, получившими государственное имущество в хозяйственное ведение. С унитарными предприятиями произошел прямо-таки прорыв. На тот момент в Российской Федерации их насчитывалось 13 786, и практически ни одно из них не перечисляло государству ни копейки из прибыли, полученной от использования государственного имущества. Сегодня ситуация все-таки меняется к лучшему. Например, в Удмуртии начиная с 2001 года в Закон о бюджете республики включается статья, предписывающая унитарным предприятиям перечислять в бюджет не менее 10 процентов прибыли, полученной за отчетный период. В бюджете прошлого года был даже установлен срок перечисления средств - 10 дней с даты, установленной для сдачи налоговой отчетности. С акционерными предприятиями сложнее: если государство не имеет на предприятии контрольного пакета акций, сказать решающее слово в вопросе о выплате дивидендов оно не может, так что порой выгоднее продать госпакет, чем держать его 'мертвым грузом'. Но тут возникает вопрос: почем продавать? И часто звучат вполне справедливые мнения, что цены, по которым продаются госпакеты высокорентабельных компаний, той же 'Славнефти', занижены и не соответствуют реальной ситуации на рынке. Другое дело пакеты приватизированных предприятий машиностроения. Эффективность производства падает, фонды устаревают, прибыли нет, значит, нет и дивидендов. Получается, что можно избавляться от оставшихся госпакетов акций.
Попользовались - хватит Но тут на передний план с опозданием на добрый десяток лет выходит широко обсуждаемый сегодня законопроект 'Об обращении имущества в государственную собственность (национализации)'. Экономическая теория говорит о том, что национализация, проводящаяся в рамках рыночных механизмов, - это нормальный цивилизованный процесс. Раз есть приватизация, должна быть и национализация, то есть переход (возмездный) частной собственности к государству. Несколько законопроектов о национализации, от ультралевых до самых либеральных, еще с 1995 года курсирует по кабинетам Госдумы, но ни один из них до сих пор не принят. Даже в перечне научно-исследовательских работ правительства Удмуртии проблемы национализации, деприватизации собственности значились еще в 1999 году. Многие, особенно предприниматели, просто боятся этого термина. Так, в ходе анонимного опроса, проведенного сотрудниками налоговой полиции, недобросовестные налогоплательщики в свое оправдание часто приводят в качестве аргумента боязнь национализации и пересмотра результатов приватизации. То есть люди капитала на сегодняшний день далеко не убеждены в нерушимости произошедших перемен. Правительственный законопроект о национализации, который, скорее всего, и будет принят, казалось бы, не содержит никаких подводных камней. Предполагается предварительное и равноценное возмещение стоимости национализируемого имущества по ценам, определяемым при участии независимого оценщика. Причем национализации могут быть подвергнуты предприятия, продукция которых используется для государственных нужд, для обеспечения обороноспособности страны. Стало быть, в первую очередь будет подлежать национализации как раз то, что в свое время первым пускалось с молотка, - предприятия ВПК. Эффективных собственников, как признает государство, в результате приватизации не получилось. Многие предприятия сегодня находятся в куда худшем состоянии, чем в тот переломный период. Оборудование не обновляется, рентабельные производства выведены за пределы головного общества и действуют как отдельные юридические лица - обескровленного военного монстра можно возвращать государству. Причем имущества на таких предприятиях много, значит, и цена выкупа будет не низкой. Так что теоретически вполне возможна ситуация, когда вместе с передаваемой сегодня в муниципальную и государственную собственность 'социалкой', оборонные предприятия избавятся и от самих себя. Существует, между прочим, и альтернативный законопроект о национализации, предложенный коммунистами. Они предлагают начать с национализации сырьевиков - нефти, газа и т.д. Идея, кстати, не такая абсурдная, как может показаться. При приватизации этих предприятий было допущено столько нарушений, что вернуть многие из них государству можно было бы, просто оспорив сделку о приватизации в суде. Еще в 1995 году Госсовет Удмуртии, возглавляемый тогда А.А. Волковым, принял постановление о поддержке инициативы Смоленской областной Думы о необходимости разработки и принятия закона о национализации (реприватизации) топливно-энергетического комплекса. Однако в сегодняшних условиях, по мнению специалистов, практическое осуществление такой операции может обернуться для страны серьезными проблемами. Например, обеспокоенный 'антидемократическими' процессами Запад может ввести против России экономические санкции. Наши нефть и газ при условии американских побед в Персидском заливе Запад вполне может проигнорировать. И вот тогда наступит настоящая разруха. Хотя, если верить Гегелю, развитие идет по спирали, и получается, что приватизация с национализацией у нас так никогда и не встретятся и не сбалансируют друг друга в нормальном рыночном механизме. А если смотреть шире, то, извините за неизящный тон, пока что эта спираль, похоже, является хорошим контрацептивом и не дает стране разродиться чем-то новым, умным и справедливым. Кстати, наступающий завтра день весеннего равноденствия можно считать символическим выражением равновесия, точки оптимума, от которой так хочется фантастического взлета вверх по прямой.